Преступный приказ: пределы подчинения и роли приказавшего, передавшего и исполнившего

Есть ли правовой предел подчинения явно незаконному приказу?

Достаточно ли конфликта совести, чтобы установить преступление?

Одинаковы ли действия приказавшего, передавшего и исполнившего?

Означает ли страх автоматическое юридическое принуждение?

Равен ли разговор с помощником полученной защите?

В рассмотренном перечне ICRC правило 154 требует от комбатанта не подчиняться явно незаконному приказу, а правило 155 не позволяет снять ответственность ссылкой на приказ, если человек знал о незаконности или должен был знать из-за её явного характера.

• Это перечень выводов исследования обычного гуманитарного права в указанной области, не полный национальный кодекс; статья 33 ICC имеет собственные условия, статус гражданского работника не выводится из получения требования, безопасный отказ не обещан.

Переживание конфликта совести заслуживает внимания, но само не устанавливает преступления, отсутствия обязанности или способа действий; отсутствие внутреннего протеста также не доказывает законности.

• Чувство не является тестом законности; нравственная граница не решает боевой задачи, а для правового рассмотрения нужны применимое право, время, роль и факты.

Отдать требование, передать его и выполнить — разные действия; техническая функция не объясняет всего участия, а происхождение требования не заменяет рассмотрения поступка исполнителя.

• Не всякая передача является соучастием и не каждое положение выше по службе доказывает отдачу приказа; командные обязанности по предотвращению имеют отдельные условия, намерение, попытка и исполнение различаются.

Слово «страшно» не устанавливает правового основания само по себе; выбранная статья 31 Римского статута рассматривает угрозу вместе с условиями действия, и применимость определяет суд.

• Пример ограничен рассматриваемым режимом ICC и не решает случая читателя; отсутствие спокойствия не доказывает всех условий, а нынешняя угроза требует отдельной защиты без обещания безопасного способа отказа.

Принятое обращение не равно независимой консультации, разговор не равен начатому производству, а обещание не равно фактически работающей защите; согласие говорить не разрешает публикации и представительства.

• Компетенция, независимость и правила данных нуждаются в своём основании; разговор не даёт права на самостоятельный сбор, изменение или уничтожение сведений, абсолютная тайна и безопасное обращение не обещаны.